Бангкок

Как я уже говорил, ровно три дня мне хватило, чтобы вдоволь насладиться холодом средней полосы, и жжение в груди усилилось от прожигаемых на ней символов, сложи которые, получишь тёплый прибой Сиама, указательным пальцем манящий к себе в гости. Я привык к тому, что любой знак рассматриваю, как подсказку, поэтому мгновение – и билеты уже лежат в почтовом ящике. А самое интересное в том, что я лечу не один, а со своей дочкой-пуговкой, маленьким директором нашего нового приключения, и лечу я с ней один на один впервые!

Поездку я мысленно разделил на два акта. Первый, тайский, пускай будет отдыхом, но спаси и сохрани – никакой пляжной классики. Только спа-центры, двадцать тысяч шагов вместо тридцати, чуть меньше съёмок и полное погружение в густой коктейль традиционной азиатской жизни. Попьём змеиной крови, наколем татуировки на лице, поедим пирожков с драконьим ядом и хрустящих чесночных тараканов. Обойдём все улочки, вдохновимся сиамскими разбойниками и в глухом, прокуренном притоне сыграем с ними в карты, поставив на кон указательный палец. Покурим сушёных листокруток, а затем отправимся на работу в Гонконг.

Такой был план. Поэтому, всласть насладившись богоподобием прямого перелёта любимым «Аэрофлотом», я встретил рассвет где-то над Непалом, сдружился с директором завода по переработке сельди и, выдув за восемь с половиной часов перелёта почти весь Моёт, предназначенный для широкофюзеляжного «семь-семь-семь», помятый и счастливый я плюхнулся на горячий асфальт Бангкока. А потом почти два часа ехал на такси в центр города, где у меня был ангажирован угол.

Ах, Бангкок, чьи цены вызывают священный трепет: двухкомнатные апартаменты с кухней, постирочной, консьержем с золотыми ключами на лацканах, который мог бы работать в Букингемском дворце, мне обошлись в 12 тысяч рублей за ночь. Сеанс классического массажа в одном из лучших спа-салонов города — около 2000 рублей. Ещё через дорогу совершенно случайно оказался винный бутик с лучшими французскими бутылками, способными сделать любую ночь идеальной.

Затем, засев за карты и отзывы, я быстро нашёл несколько приличных ресторанов с традиционным огненным супом Томас, нашёл суши-бар с невероятно жирным тунцом, который можно было намазывать на хлеб, и думал вообще не выходить за пределы района. Но, вспомнив, что у меня есть дочь, густо покраснел и понял – ей нужно показать город.

И это было моей первой ошибкой.

Детей нужно возить на море. Их не волнует урбанистика и не восхищает хаос улиц. Весь этот запредельный коктейль Бангкока оказался для неё не сумасшедше интересной этнографией, а большой неудобной пробкой с отвратительным вай-фаем. Николь грустила, а я сидел в такси и сокрушался, что совсем не имел опыта общения с маленькими людьми.

Ни шоппинг, ни рестораны, ни знаковые места города не забавляли пуговку, чьим желанием был стабильный вай-фай и отсутствие раздражителей в виде взрослых. На Лежащего Будду она даже не взглянула, не оценила жирного тунца в двухзвёздочном мишленовском ресторане, выплюнула восхитительного жареного таракана, наотрез отказалась от обезьяньих мозгов и на пятнадцати тысячах шагов закапризничала и засобиралась в отель. «Удивительные пошли дети», - думал я, пока мы стояли в пробке.

Я отвёл Николь в номер, взял сигару и пошёл с Леонидычем на улицу Сой Ковбой – совершенно дурацкий аттракцион для взрослых, где, попивая дешёвое вино, мы с завистью и усталостью смотрели на пожилых немцев, гуляющих со своими дочерьми в школьных юбках, и только потом поняли, что это были тайки, оказавшиеся их ровесницами.

Дешёвое вино сморило, я сидел и размышлял, осознавая, что всё же, несмотря на разность наших с дочерью ритмов, несмотря на мою привычку быть самому себе хозяином, идти, куда хочу, и не сверять свой шаг с шагом других, я был счастлив. Счастлив, что со мной была моя дочь – самый родной человек, смотревший на меня умными, проницательными глазами, замечая, слушая, спрашивая, интересуясь. Пусть сейчас ей нужен был только вай-фай, чаты и подружки, пусть Бангкок для неё был лишь шумным фоном, я видел: она впитывает. И в этот момент я был счастлив!